Стань космонавтом

Крутые профессии, перспективные отрасли и лучшие эксперты. Всё для того, чтобы помочь тебе ответить на вопрос «Кто Я?».
Space-man
Здоровье

"...А самое главное -- желаем крепкого здоровья!", -- обязательно говорится в конце поздравления на любом юбилее. Почему? Потому что здоровье -- это ресурс, который легко потерять и невозможно забыть. Сегодня одной из задач медицины является увеличение продолжительности жизни, а также повышение качества услуг. Благодаря цифровым технологиям реально прийти к врачу в точно назначенное время и не ждать его в очереди, как раньше. Сегодня доктор может поставить точный диагноз, находясь за сотни километров от пациента. Клинические исследования становятся точнее благодаря компьютерному анализу, новые лекарства и продвинутая медицинская техника позволяют лучше справляться с недугами и быстрее идти на поправку. Как обеспечить качественными медицинскими услугами жителей отдалённых районов? Что такое персонифицированная медицина и как создать лекарство, которое подойдёт только тебе? Как жить дольше и какие гаджеты могут этому поспособствовать?

Профессии
  • Всё вместе
  • Профессии
Image
Давай подумаем про размеры нашей страны! Поезд из Калининграда во Владивосток идет целую неделю! Как же быть жителям отдаленных уголков, если в их районной или городской больнице нет нужного врача? Еще недавно это было большой проблемой, но теперь есть я – врач телемедицины. Телемедицина — это как телефон или телевизор, только от них мы получаем звук и изображение, а я получаю анализы пациента по интернету и консультирую его. Да, я могу поставить диагноз независимо от расстояния до пациента! Телемедицина очень нужна, когда у людей нет возможности прийти к доктору лично. Например, во время космического полёта, на месте стихийных бедствий и катастроф, во время военных действий. В таких ситуациях врач может быстро и не подвергая себя опасности помочь нуждающемуся. Ты знаешь, что в современную экипировку российских солдат уже входят датчики для отправки показателей пульса и температуры тела медикам, чтобы те могли быстро оказать помощь при ранениях? Вот так вот! Каждый день появляются новые приборы для удаленного обследования больных, а пациент может посоветоваться со своим семейным доктором прямо с дачи или даже из путешествия по экзотическим странам. Конечно, чтобы сдать анализ или полечить зубы пока приходится идти в поликлинику, но каких-то 20 лет назад и письмо можно было отправить только с почты, ожидая ответа несколько недель!
Image
Если человека нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь. Этим я и занимаюсь. Врач паллиативной помощи – это медик, который облегчает жизнь неизлечимо больным пациентам. Это комплексное повышение качества жизни: устранение болевого синдрома, сестринский уход, духовная и психологическая поддержка. Паллиативная помощь возможна не только в хосписе, но и на дому. Например, больному могут привезти и установить аппарат, генерирующий кислород для облегчения дыхания. Существует выездная служба, врачи и медсестры, которые обучают родственников пациентов грамотному уходу.
Image
Я – терапевт, он же врач общей практики. Ко мне обращаются, когда по непонятной причине поднялась температура, заболел живот или голова. Я выслушиваю жалобы пациентов, даю направление на анализы и ставлю первичный диагноз. Если же я понимаю, что человеку требуется более серьезная, возможно, оперативная помощь, я направляю его к узкому специалисту — хирургу, кардиологу, гастроэнтерологу. В удаленных поселках меня называют не терапевтом, а врачом общей практики или, как говорили раньше, «земским доктором». Врач общей практики лечит всё: от расстройства желудка до сахарного диабета, накладывает гипс при переломах и ведёт беременных. В отличие от других врачей, терапевт должен разбираться во всех отраслях медицины. Часто ему приходится распознавать болезнь даже по описанию, вроде «мухи перед глазами летают» или «колет под ребрами». Несмотря на всё большую популярность ЗОЖ, моя профессия будет востребована всегда. Врачи-терапевты требуются в любой медицинской организации — поликлинике, стационаре или медпункте.
Image
Я занимаюсь диагностикой и лечением онкологических заболеваний – злокачественных и доброкачественных опухолей. Чем раньше обнаружена болезнь, тем больше у пациента шансов на выздоровление. Здесь дорог каждый день. Зловредные раковые клетки быстро размножаются, проникают в окружающие органы и там формируют вторичные очаги болезни – метастазы. Справиться с метастазирующим раком гораздо труднее. В зависимости от специфики рака, я использую различные методы его лечения: хирургию, химиотерапию, гормонотерапию, лучевую терапию и иммунотерапию. На сегодняшний день один из самых эффективных методов – это фотодинамическая терапия. Я ввожу в организм пациента светочувствительное вещество – фотосенсибилизатор, который обладает свойством накапливаться в опухоли. Потом воздействую на опухоль светом определённой длины волны и клетки, в которых накопился фотосенсибилизатор, начинают разрушаться.
Image
Я – врач-диетолог. Я лечу от ожирения и, наоборот, от болезненной худобы или анорексии. Я знаю, что получить лишний вес легко, а избавиться от него очень трудно, поэтому я не просто убеждаю отказаться от жирного и жареного, но и разрабатываю режим питания и учу сочетать и правильно готовить продукты. Я не призываю голодать! И даже не всегда исключаю из рациона пирожные и майонез! Ведь здоровым можно считать только питание, которое приносит удовольствие и … белки-жиры-углеводы в нужной организму пропорции! Современный стол часто калорийный, но малополезный. А диетолог помогает не просто посчитать калории, но и грамотно их распределить. Кроме прочего, я учитываю особенности региона проживания. В одних городах не хватает селена, в других йода, где-то мало железа, а где-то его в избытке. И я предлагаю это компенсировать определенным набором продуктов. Если я спортивный диетолог, я составляю схему питания спортсменам перед соревнованиями. Чтобы они набрали или наоборот сбросили вес, жировую или мышечную массу, нормализовали гормональный фон. Если я молекулярный диетолог, моя задача -- оценить результаты генетического анализа и особенности физиологии пациента, а также изучить молекулярный состав пищи. Самая популярная специализация – диетолог-нутрициолог. Это меня часто приглашают в качестве консультанта на теле- и радиошоу и просят прокомментировать диету звёзд. Я анализирую, как и чем питается человек, и подбираю рацион в зависимости от пола, возраста и состояния здоровья.
Image
Я – фармацевт-провизор, главный человек в аптеке. Я решаю, какие лекарства закупить, знаю, как нужно хранить препараты, и веду их учет. А еще я делаю мази, бальзамы и микстуры по рецепту. «Двойной» должность фармацевта-провизора стала недавно, пару десятилетий назад. Фармацевт – это, по сути, лаборант, технолог, а провизор – это аналитик, менеджер. Но с развитием аптечных сетей должности и обязанности смешались. Фармацевт-провизор — не продавец! Он должен знать на зубок фармакологию, фармакотерапию, фармакогнозию (науку о лекарственных растениях), фармацевтическую химию, медицинскую этику, психологию и еще много всего. Многие ходят в аптеку, минуя врача, и надеются, что «в аптеке подскажут». Фармацевт-провизор не должен проводить диагностику, но обязан дать квалифицированный совет — предоставить полную информацию о препарате, обратить внимание покупателя на вероятность аллергии, побочные эффекты и противопоказания.
Image
Стоматолог -- врач, при виде которого все открывают рот. Я лечу, восстанавливаю и отбеливаю зубы, в общем, делаю всё, чтобы люди широко и без стеснения улыбались. Если у вас когда-нибудь болели зубы, вы точно были у меня на приеме! Если я лечу детей, моя задача удалять кариес с молочных зубов и корректировать формирование прикуса. Проще говоря, скобы, брекеты или капы, как у Билли Айлиш, – это моя работа! Лет двадцать назад мой кабинет был камерой пыток. Сегодня он похож на современный кинотеатр. С помощью маленькой камеры с подсветкой я на мониторе показываю пациенту, какой зуб болит. Пломбы, которые я ставлю, не отличаются от зуба по цвету, а есть теперь можно сразу после процедур. В моем рентген-кабинете реальность теперь виртуальная, да и самого рентгена здесь уже нет. Чтобы заглянуть внутрь зуба, я использую дентальный томограф. А чтобы установить зуб на место утраченного, делаю 3D-модель челюсти и в сложных случаях «репетирую» установку протеза и печатаю челюсть на 3D-принтере.
Image
Я – хирург. Я врач, который знает своего пациента изнутри! Ко мне обращаются, когда другие методы лечения уже исчерпаны или неэффективны. Тогда я берусь за свои рабочие инструменты — зажим и скальпель. Больше всего я горжусь тем, что могу облегчить боль и подарить человеку вторую жизнь. В поликлинике я веду амбулаторный прием, участвую в диспансеризации, профосмотрах и выездных обследованиях. Это ко мне обычно сидит очередь людей с гипсом, в бинтах и с костылями. В стационаре я лечу травмы и заболевания внутренних органов с помощью полостной (через разрез) или лапароскопической (через небольшие отверстия) операции. Я делаю экстренные, срочные и плановые операции. На экстренной я буквально борюсь за жизнь пациента, например, останавливаю кровотечение. А срочные и плановые нужны, чтобы улучшить состояние здоровья. К ним относится, например, удаление аппендицита или желчного пузыря. В зависимости от своей специализации я делаю разные операции. Провожу манипуляции на сердце, головном и спинном мозге, на венах и артериях. Я оперирую в брюшной полости (проще говоря, «на животе»), лечу опухоли, пересаживаю органы и контролирую их совместимость. Я могу скорректировать черты лица – врожденные или после автокатастрофы. Чтобы измениться до неузнаваемости, суперагенты из боевиков обращаются именно ко мне. Одно из самых сложных направлений моей работы – микрохирургия. Это операции с помощью микроскопа, хирургической лупы и очень тонких шовных нитей. За точностью операции я слежу с помощью сверхмалой камеры. А совсем скоро я смогу это сделать даже дистанционно, когда моими "руками" станут роботы.
Image
Я -- микробиолог, исследователь организмов, которые не видны человеческому глазу. Большую часть рабочего времени я наблюдаю в микроскоп за повадками вирусов, бактерий и грибов, многие из которых очень опасны для человека. Я помогаю фармацевтам разрабатывать и тестировать новые лекарства, ведь я знаю, как ведут себя микроорганизмы в различных ситуациях и чего они боятся. Также я могу работать в больницах и диагностических лабораториях. Результаты проведенных мной анализов помогают врачам поставить правильные диагнозы пациентам. Я занимаюсь не только наукой, мои услуги нужны и производителям продуктов. Моя задача -- следить, чтобы оборудование на заводах было чистым, а в готовой продукции не было вредоносных микробов. Также я, как древний алхимик, могу превратить молоко в йогурт, сыр и сметану, добавив в него специальный коктейль бактерий. Микроорганизмы, вредные и полезные, будут с нами всегда. С некоторыми нужно бороться, а некоторые дрессировать и заставлять приносить пользу. Поэтому перспективы у моей профессии отличные!
Image
Я – вирусолог. Благодаря моим исследованиям появляются новые эффективные вакцины и лекарственные противовирусные препараты. Если главная задача всех остальных врачей – лечить пациентов, то моя – пойти на опережение. Вакцина стимулирует иммунную систему человека и организм успешно борется с вирусами. Для вирусолога создать новый препарат -- это как для космонавта полететь на орбиту. Подготовки требуется не меньше! Всё начинается с поставки зараженных материалов в лабораторию, дальше мы изучаем природу этих мелких вредителей, их строение, размножение, биохимию и генетику. Только после этого появляются предположения, как с выявленным вирусом можно бороться. Тогда мы приступаем к испытаниям на полигонах и опытных станциях научно-исследовательских центров, тестируем действие вакцин на живых организмах. Моя профессия как никогда актуальна, потому что современное оборудование позволяет проводить высокоточные анализы и выявлять новые виды вирусов. Работу в лаборатории я могу совмещать с приемом пациентов. Если терапевт подозревает у человека вирусное заболевание (грипп, корь, краснуху, желтуху или, например, гепатит), больного направляют ко мне. И моя цель – подобрать такую тактику лечения, чтобы нанести вирусу нокаутирующий удар.
Image
Я обычный врач, но при этом нахожусь в центре современной биомедицинской науки. Ведь задача врача-исследователя не только лечить пациентов, но и испытывать новые лекарства и биопрепараты. Например, некая фармкомпания разработала новое лекарство от опасной болезни и хочет провести его масштабное клиническое исследование. Она обращается сразу к нескольким врачам-исследователям. Каждый из нас подбирает пациентов с определёнными показателями диагноза и строго в рамках разработанного протокола исследований приступает к тестированию препарата. Во время клинических исследований я внимательно слежу за тем, как тестируемый препарат действует на организм пациентов. От нового лекарства можно ждать любых сюрпризов. Например, в середине 19 века европейские врачи поголовно выписывали от боли новейшее средство – морфий. Он действительно снимал боль, но при этом вызывал сильнейшее привыкание и погубил множество жизней, потому что оказался наркотиком.
Image
Я – фармаколог. Благодаря мне появляются новые лекарства, которые помогают побеждать болезни и спасать человеческие жизни. В медицине я как шеф-повар. Только если приготовление фирменного блюда занимает несколько часов, то на создание одной таблетки могут потребоваться годы. С момента изобретения препарата и до того, как он появится в аптеках, проходит в среднем 5-10 лет. Всё это время занимают лабораторные и клинические испытания. Каждый год появляются десятки новых лекарств. И от того, как мы будем их сочетать, зависит выздоровление пациента. Моя задача – знать всё обо всём, точнее, обо всех медикаментах: как они взаимодействую между собой – дружат или враждуют, какая нужна дозировка и что у них за побочные эффекты. В моей голове – целая энциклопедия рецептов. Чтобы как я разбираться во всех существующих таблетках и изобретать новые, нужно окончить медицинский вуз и отучиться два года в ординатуре. Моя профессия востребована сейчас и будет необходима людям в будущем, ведь инфекции и вирусы не дремлют. Они постоянно мутируют, и победить их можно только с помощью высококвалифицированных фармакологов.
Image
Я – специалист по доклиническим исследованиям. Благодаря мне в аптеки попадают только проверенные лекарства. Начинается всё с фармакологов – они придумывают рецепты новых медикаментов и готовят их. А вот дальше свежеизобретённые препараты отправляются ко мне. Я оцениваю их безопасность и эффективность. И только потом лекарства попадают на тестирование к добровольцам. Чтобы контролировать выпуск медикаментов и не допускать появления в аптеках некачественных средств, надо получить высшее медицинское, фармацевтическое или биологическое образование. В работе с лекарствами главное не скорость, а результат. Доклинические исследования обычно занимают несколько лет. Моя задача – проверить новый препарат на токсичность с помощью компьютерного моделирования, провести многочисленные лабораторные опыты и узнать, какое действие он может оказывать на организм. А ещё именно я пишу то, что лежит внутри каждой упаковки с таблетками и что всегда нужно читать – инструкцию по применению. Новые разновидности вирусов периодически атакуют человека. Значит, новые лекарственные препараты будут появляться на прилавках аптек. Для фармакологических компаний моя специальность очень важна. И востребован я буду до тех пор, пока мы совсем не откажемся от лекарств. А это если и произойдёт, то очень нескоро!
Image
Я – тканевый инженер. Но речь идет не о той ткани, из которой можно сшить сарафан или джинсы. Благодаря мне в будущем пациенты смогут оперативно получать органы и ткани, в пересадке которых нуждаются. Моя задача – создавать "запчасти" для человеческого тела, которые будут работать так же, как природные, и позволят быстро отремонтировать организм, вышедший из строя. Главный стройматериал для медицинских инженеров – это стволовые клетки. Их я беру у пациента, а затем размножаю в биореакторе. Этим способом можно легко вырастить так называемую «биологическую тканевую заплатку», которая заменит поврежденную при ожоге кожу. Я и мои коллеги уже научились делать так, чтобы клетки росли в форме нужного органа. Но человеческое тело – штука сложная, и нам ещё многое предстоит сделать. Будто офисный секретарь, я не представляю своё рабочее место без принтера. Только в моём деле нужен 3D-биопринтер. Вместо белого листа в него загружается гидрогель, а в качестве чернил – всё те же стволовые клетки. Возможность взять и быстро распечатать любой орган в будущем должна стать обычным делом.
Image
Я – биоинформатик. Я занимаюсь анализом данных, которые заложены в наших клетках. Моя задача – подобрать нужный ключ и считать всю информацию об организме человека, закодированную в молекулах ДНК. Моя профессия похожа на блюдо из множества на первый взгляд несовместимых ингредиентов. Я должен разбираться в математике, IT-технологиях, биологии и медицине. Благодаря моим исследованиям и расчётам каждый человек теперь может узнать всё о своей ДНК – сдать генетический тест и быстро получить результат. Любого бухгалтера испугали бы цифры, с которыми я каждый день имею дело. ДНК человека состоит из трех миллиардов звеньев! На то, чтобы вручную проанализировать всю цепочку и найти нужный участок, могут потребоваться годы. Поэтому главный мой помощник в работе – мощный компьютер, на котором установлены десятки программ математического и сравнительного анализа. С их помощью я могу предупредить пациента о генетической предрасположенности к болезни или отследить генные мутации, за исправление которых дальше уже возьмутся врачи. Кроме того, со всеми биоинформатиками мира меня объединяет одна цель. Мы – глобальный поисковый отряд, миссия которого вычислить так называемый «геном долголетия» и узнать, какой последовательностью молекул ДНК оно обусловлено.
Image
Я – бионик. Я исследую свойства, функции и структуры живой природы, а потом придумываю, как это можно использовать в технических устройствах. Главная фишка биоников в том, что все свои идеи мы подсматриваем у животных или растений. Заниматься такого рода «плагиатом» – моя основная задача. Благодаря моей работе постоянно появляются новые инженерные механизмы, промышленные материалы и многие другие полезные изобретения, которыми пользуются люди. Хоть я и занимаюсь тем, что заимствую решения, простой мою профессию не назовешь. Чтобы работать биоником, надо разбираться в биологии, химии, физике, математике, кибернетике, автоматике, электронике и телемеханике. А ещё я словно мастер на все руки среди ученых. Я должен уметь ловко управляться со скальпелем и паяльником, орудовать логарифмической линейкой и энтомологическим сачком – штукой, которой ловят насекомых. И это далеко не полный список! Глаза разбегаются от того, насколько много областей, в которых я могу работать. Создание любого самолета или космического корабля не обходится без использования принципов, подсмотренных у птиц и насекомых. То есть я могу пойти в аэрокосмическую отрасль. Для медицины я могу проектировать бионические протезы, которые улавливают сигналы головного мозга. Исследуя органы чувств живых организмов, бионики занимаются разработкой новых датчиков и систем обнаружения. И, наконец, мы – те самые люди, которые делают роботов.
Image
Несмотря на то, что я врач, я не лечу людей от простуды и других заболеваний. Я помогаю пациентам восстановиться после тяжелой болезни и научиться заново пользоваться привычными предметами. Например, человек получил травму позвоночника и его подвижность существенно снизилась. В моих силах помочь ему научиться жить с этим: самостоятельно обслуживать себя – готовить, принимать ванну и совершать покупки в магазине. Для этого я разрабатываю реабилитационную программу, ежедневно провожу занятия и сопровождаю пациента в повседневной жизни. А ещё я немножко инженер. Например, бывшему спортсмену может понадобиться специальное оборудование для занятий спортом. Я принимаю непосредственное участие в его разработке и подсказываю инженерам, как создать уникальный велотренажер, который подойдет человеку с ограниченными физическими возможностями. Моей профессии начали учить не так давно -- с 1999 года. Но отдельные ее элементы использовались в реабилитации и раньше, например, в спорте. Сегодня опытных, высококвалифицированных эрготерапевтов немного, но это направление активно развивается. Повышение качества жизни людей с ограниченными возможностями – это уже тренд.
Image
Я – менеджер медицинского учреждения. Если от медиков зависит жизнь людей, то от меня зависит судьба места, где они работают. Это может быть и небольшая частная клиника, и огромная многопрофильная больница. Главная моя задача, чтобы все органы медицинского учреждения (и персонал, и оборудование, и финансы) работали так же четко и слаженно, как организм человека. Если где-то произошел сбой, это вредит всей организации, и мне нужно как можно быстрее её вылечить. У коммерческих учреждений есть ещё один жизненно важный орган – клиенты. Я забочусь о том, чтобы их становилось как можно больше. Я ищу инвесторов и новейшее оборудование, придумываю рекламные кампании. Кроме того, независимо от места работы у меня есть ответственная социальная функция. Я несу в массы идеи ЗОЖ и напоминаю, как важно заботиться о своем здоровье и вовремя обращаться к врачу. Я регулярно организовываю открытые лекции, массовые мероприятия с участием профессионалов и различные курсы, например, по оказанию первой медицинской помощи.
Image
Я -- психолог. Каждый день я оказываю поддержку людям, которые переживают тяжелые моменты жизни. Моя задача -- успокоить эмоции человека, разобраться в скрытых причинах его страданий и помочь найти внутренние ресурсы, чтобы изменить жизнь к лучшему. Для этого мне нужно знать, как устроен мозг и как работает подсознание. А еще надо уметь внимательно слушать, анализировать и задавать правильные вопросы. Пообщавшись со мной, люди начинают смотреть на себя и на жизнь по-другому. Они обретают уверенность в собственных силах. У всех людей похожие трудности: непонимание в семье, проблемы на работе, неразделенная любовь. Однако каждый переживает их по-своему, поэтому одинаковых случаев в моей практике не бывает. Чтобы помочь, я должен найти индивидуальный подход к человеку. Это требует больших душевных сил. Бывает, что под конец рабочего дня я чувствую себя эмоционально опустошенным. Но это усталость от настоящего дела, ведь я помогаю людям снова стать счастливыми. А счастье заразительно.
Image
К сожалению, от родителей ребёнку передаются не только красивые глаза, волевой подбородок и длинные ноги. Часто мама и папа "награждают" своих детей собственными болячками, порой очень неприятными. Многие из наследственных заболеваний проявляются спустя годы жизни человека. Моя задача – выявить и предупредить пациента о высокой вероятности той или иной болезни. Ведь если человек знает об угрозе, он сможет обнаружить её на ранней стадии и благополучно излечить. А ещё ко мне обращаются будущие родители, которые хотят исключить риск рождения малыша с синдромом Дауна или другими наследственными заболеваниями. Индивидуальный геном человека подскажет специалисту многое – начиная от предрасположенности к определённым болезням и заканчивая профессией, которую человек может себе выбрать. Безусловно, генетика – это будущее человечества. Ещё сто лет назад учёные только-только начали подозревать, что ДНК может быть связана с передачей генетической информации. Сегодня уже выявлен ген долголетия, созданы комары, которые не кусают человека, впервые излечен неизлечимый ранее муковисцидоз и даже записано на макромолекулы несколько десятков мегабайт информации. И это значит, что у моей профессии безграничные перспективы!